Крупнейшим архитектурным проектом, который не был осуществлен в силу своего гигантского размаха, был Дворец Советов. Это колоссальное здание предполагалось построить в самом центре Москвы, к западу от Кремля. Для расчистки строительной площадки был варварски уничтожен крупнейший собор Москвы — Храм Христа Спасителя, построенный во второй половине XIX века по проекту К. А. Тона как памятник героям Отечественной войны 1812 года (храм восстановлен в 1990-е).
В начале 1930-х годов в несколько туров прошел конкурс на проект Дворца Советов. В нем приняли участие все ведущие архитекторы СССР и ряд зарубежных зодчих. Ни один представленный на конкурс проект не был признан лучшим, однако по итогам конкурса дальнейшую разработку поручили его победителям — Б. Иофану, В. Гельфрейху и В. Щуко.
Окончательный проект Дворца Советов представлял собой огромное, сужающееся кверху сооружение высотой более
К. Н. Яковлев, Ю. N. Яковлев. Станция метро «Сокол». Перронный зал. 1938 г.
300 м. На его вершине должна была быть воздвигнута гигантская статуя В. Ленина с устройством смотровой площадки на раскрытой ладони вытянутой руки вождя. Большой зал Дворца Советов был рассчитан на 21 тысячу человек.
Неосуществленный фантастический проект Дворца Советов оказал огромное воздействие на разработку стилистики советской архитектуры. Повсеместное применение нашел язык упрошенной классики (так называемый «стиль Лубянки»), помпезность, пышность и гигантские размеры общественных сооружений.
В 1935 году был утвержден генеральный план реконструкции Москвы. Была улучшена и развита радиально-кольцевая планировочная структура столицы. Город постепенно обретал облик величе-
ственной тоталитарной столицы. Символом новой архитектуры стало строившееся в 1930-х годах метро, в проектировании станций которого приняли участие крупнейшие архитекторы, а в разработке их декоративного решения — самые известные советские художники. Станции московского метро должны были напоминать подземные дворцы социалистического города.
В конце 30-х годов важнейшую роль в развитии советской архитектуры играет творчество И. Жолтовского, последовательно развивавшего формы классической архитектуры. Первое крупное произведение Жолтовского после Октябрьской революции — здание Госбанка СССР (1927—1929). Однако проект мастера осуществлен не полностью. Центральная часть здания, которая должна связать воедино два крыла, осталась неперестроенной, и о его замысле можно судить только по боковым частям дома. Построенные части здания представляют собой большие объемы с крупными членениями и большими оконными проемами, увенчанными сильно вынесенным карнизом.
Среди произведений Жолтовского следует особо отметить его конкурсный проект Дворца Советов (1931). По замыслу автора, Дворец Советов должен был быть подобен Кремлю и составлять группу зданий, объединенных колоннадами. Замкнутость площадей и «дворов» Дворца Советов в проекте Жолтовского противоречила требованию создания открытой площади вокруг здания. Однако, благодаря высоким композиционным качествам сооружения, задуманного в классических формах (своеобразные пропилеи и башня), благодаря связи с архитектурой кремлевских башен, проект получил высокую опенку Совета строительства, и Жолтовскому была присуждена одна из трех высших премий.
В 1932 году Жолтовскому присвоено звание заслуженного деятеля науки и искусства РСФСР. В 30—40-х годах деятельность архитектора была направлена на то, чтобы восстановить все значение классического наследия. Одним из наиболее ярких образцов использования классических традиций в архитектуре жилых зданий является возведенный дом по проекту Жолтовского на Моховой улице в Москве (1934). Это здание с обыкновенными квартирами напоминает один из итальянских дворцов. Огромные полуколонны большого ордера объединяют все этажи, создавая импозантную композицию.
Жолтовский продолжает широко использовать формы Ренессанса (в 1936 году
он перевел и издал полный текст трактата А. Палладио об архитектуре) и классицизма, порой значительно перерабатывая их, стремясь добиться органичности и более или менее современного звучания. Стремясь к простоте, он не отказывается от ордера и не упрощает его. Примером этой тенденции может служить Дом уполномоченного ВЦИК в Сочи (ныне здание Городского Совета), построенный в 1935—1936 годах. Мастер, как всегда принципиально и последовательно стремившийся к использованию классического наследия и замечательных архитектурных традиций прошлого, не ищет оригинальной композиции новых форм. Дом уполномоченного, стоящий в прекрасном сочинском парке, строится на гармонических контрастах основного горизонтального двухэтажного объема и выступающих частей, которые образуют поперечные композиционные оси здания. Сильно выдвинутые объемы и колоннады в условиях яркого южного освещения
рождают глубокие светотеневые контрасты. Превосходно построены объемы интерьеров, которые при удобной и достаточно простой планировке создают живую игру внутреннего пространства. По своему внешнему облику Дом уполномоченного в Сочи напоминает загородную виллу палладианского характера. В этом здании проявилось большое мастерство Жолтовского, глубокое понимание пропорций в архитектуре и тонкое чувство прекрасного.
Творческие принципы зодчего сказались и в других работах этого времени — в проектах здания театра в Сочи (1935), типовых домов поселка АМО (ныне ЗИЛ, 1936), театра в Таганроге (1937) и других. В проектах и осуществленных сооружениях архитектор часто ограничивался внешним правдоподобием, создавая лишь иллюзию соответствия архитектурного облика действительной строительно-конструктивной основе постройки. Жолтовский широко использовал отдельные архитектурные элементы в качестве декоративных средств; не чуждаясь развития строительной техники и новых конструкций, он в то же время смотрел на них с точки зрения возможностей их применения к образному строю классической архитектуры.
С начала 1920-х годов в советской архитектуре активно работает Сергей Егорович Чернышев (1881—1963). В конце 20-х годов в Москве Чернышев вместе с другими архитекторами участвовал в строительстве крупных сооружений (здание бывшего Института марксизма-ленинизма на Советской площади, 1925—1927). С 1931 года Чернышев — один из главных участников разработки генерального плана реконструкции Москвы, для которого специально были созданы проектно-планировочные мастерские. Работа, в соответствии с генеральным планом, продолжалась в течение четырех лет: производилось расширение улиц и площадей, строились метрополитен и канал Москва—Волга, перестраивались набережные и мосты.
Под общим руководством Чернышева на Всесоюзной сельскохозяйственной выставке 1939 года в специальном разделе сельских зданий был представлен интересный комплекс построек. По свидетельству современников, экспонированные на выставке образцовые здания сельсовета, правления колхоза, а также колхозной электростанции и некоторых отраслевых павильонов являются, быть может, лучшими произведениями советской сельскохозяйственной архитектуры предвоенных лет.
С первых же дней войны Чернышев был в рядах зодчих, которые проводили в столице большие маскировочные работы. Архитектор также разрабатывал проекты планировки и застройки поселков для эвакуированного населения в районах Новосибирска, Свердловска и других. В 1944 году Чернышева назначили председателем управления по делам архитектуры Мос-горисполкома, и на этой должности он оставался до 1948 года.
В конце 40-х — начале 50-х годов архитектор под руководством Дмитрия Николаевича Чечулина (1901—1981) активно участвовал в постройке высотных зданий в столице. Самой известной его работой стало участие в постройке ансамбля Московского университета на Ленинских горах (1948—1953). Перед авторами (Л. Руднев, С. Чернышев, П. Абросимов, А. Хряков, В. Насонов) 32-этажного здания университета была поставлена сложная задача — соединить в композиции, здания помещения самого различного назначения, начиная с актового зала, учебных аудиторий и заканчивая клубными залами и жильем для студентов и аспирантов.
Эта задача была решена ценой огромных экономических затрат, за счет удобства и целесообразности планировки. Несмотря на колоссальную высоту и внешнюю масштабность, внутренние пространства здания университета оказались стесненными и замкнутыми, не соответствующими величине его наружного вида. В отделке здания применено много дорогих материалов, щедро введены росписи и мозаика, лепнина, скульптура всех видов, однако настоящего художественно целостного ансамбля не получилось.
В 1949 году Чернышев был удостоен Государственной премии как архитектор, во многом благодаря которому сложился современный целостный, гармоничный облик Москвы.
В послевоенные годы возникла проблема возведения жилых домов. Не было ни одного крупного советского архитектора, который не участвовал бы в жи-лишном строительстве и не пробовал бы свои силы в поисках выразительных средств архитектуры жилого дома. В этом направлении больших успехов добился Жолтовский, по проектам которого были построены два индивидуальных дома в Москве — на Калужской улице (ныне Ленинский проспект, 1949) и на Смоленской плошади (1950). Архитектор запроектировал для них весьма экономичную секцию: восемь квартир на одну лестничную клетку и лифт, при ширине корпуса 19 м. Квартиры удобно спланированы и оборудованы встроенными шкафами. В композиции на Калужской улице мастер последовательно разрабатывал художественную систему Ренессанса (убывающие кверху гармоничные пропорции, сильная пластика стены, тонко нарисованный карниз и декоративные элементы, ритмически членящие протяженную плоскость фасада). Несомненно, это была стилизация, но стилизация высокого класса, основанная на глубоком знании композиционных принципов классики, исполненная гармонии и вкуса. В доме на Смоленской площади при том же плане применена, в сущности, та же художественная система, но намечавшийся поперечный выход на набережную реки Москвы подчеркнут изящной башней.
Архитектура послевоенных лет прежде всего решала проблему восстановления разрушенного за годы войны жилого фонда. Начинается массовое жилищное строительство. Огромное значение для дальнейшего развития архитектуры имело начавшееся в эти годы строительство из крупных бетонных блоков.
Создаются проекты реконструкции разрушенных во время войны городов. Сталинград, Новгород, Севастополь, по сути, были построены заново, при этом были учтены недостатки их прежней, довоенной, застройки. Начинается строительство высотных домов в Москве. В высотных зданиях Москвы советские архитекторы в какой-то степени пытались продолжить традицию древнерусских зодчих, столь умело располагавших свои постройки в ландшафте. Высотные сооружения тех лет прочно вошли в облик современной Москвы. Вместе с тем они несоразмерны человеку и страдают излишним украшательством.