Реалистические тенденции Новгородского искусства XIV века с особенной очевидностью проявились в украшении инициалов новгородских рукописей этого времени, где художники в меньшей степени были связаны требованиями традиционной иконографии.
Уже в рукописях начала XIV века, таких, как, например, Новгородское Евангелие (1323), фантастические, запутанные мотивы тератологической плетенки постепенно отступают перед изображением человеческих фигур и даже сценок, подмеченных наблюдательным художником в окружающей действительности. Наряду с изображением, где мужская голова и руки переходят в торс какого-то зверя, ноги которого теряются в лентах плетенки, встречается также изображение стоящего на коленях старика с клюкой в руке. От традиционного мотива плетенки здесь осталась только фантастическая птица, сидящая на голове старика.
Значительным памятником ранней московской миниатюры является Сий-ское Евангелие, выполненное в Москве в 1339 году. Единственная миниатюра и заставка этого Евангелия выполнены, вероятно, одним мастером — Иоанном, имя которого приведено в заставке. Миниатюра изображает Христа в дверях храма, благословляющего апостолов. Она еще несколько грубовата по выполнению, и фигуры апостолов тяжелы по пропорциям. Но лица у них очень живые и выразительные.
Мастером миниатюры и рукописного орнамента был знаменитый византийский фрескист и иконописец Феофан Грек. Среди московских памятников конца XIV века имеются две великолепно оформленные рукописи, если и не принадлежащие руке самого Феофана, то, несомненно, вышедшие из его мастерской. Одна из этих рукописей точно датируется 1392 годом. Это «Евангелие» боярина Федора Андреевича Кошки, известного политического деятеля.
Евангелие написано на пергаменте и имеет роскошный серебряный оклад, богато разукрашенный чеканкой, сканью и финифтью. В нем нет лицевых изображений. Оно декорировано только заставками и инициалами, в которых растительный орнамент искусно объединен с изображениями животных. Инициалы отделаны с чисто ювелирной тщательностью. Их яркие краски — красная, синяя, зеленая и золото — придают им характер драгоценности. В целом «Евангелие» Федора Кошки отличается редкой гармоничностью.
Теми же годами датируется другая, не менее примечательная рукопись. Это Евангелие Хитрово. Его заказчик неизвестен. Евангелие было пожаловано царем Федором Алексеевичем боярину Хитрово, который принес его в дар Троице-Сер-гиевому монастырю. В отличие от Евангелия боярина Федора Андреевича Кошки, Евангелие Хитрово украшено не только заставками и инициалами, но и миниатюрами с изображениями четырех евангелистов и их символов (орел, ангел, бык и лев). Миниатюры, инициалы и заставки выдают руку опытных мастеров, привыкших работать на больших плоскостях. Они исполнены необычно легко и уверенно. Нежная палитра построена на сочетании голубых, зеленых, фиолетовых, золотисто-коричневых тонов, которые умело сочетаются с розовато-красным и золотом. Поразительно виртуозно написаны горы, переливающиеся тончайшими оттенками розовато-коричневого, розовато-белого и голубого. Среди миниатюр, несомненно, лучшей является та, на которой представлен символ евангелиста Матфея — ангел, редкую поэтичность которому придает изумительно красивая цветовая гамма.
Стиль всех миниатюр и особенно заставок говорит о прекрасном знакомстве русских мастеров с образцами греческого книжного искусства. Оба Евангелия, несомненно, вышли из одной мастерской и были исполнены примерно в одно время, о чем говорит сходство пергамента, письма и инициалов; некоторые из них почти точно повторяют друг друга. Вероятно, художественная деятельность Феофана Грека в Москве могла начаться в 1390-х годах с иллюстрирования рукописей, способствуя быстрому развитию московской школы миниатюры.